80 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 УДК 811.112.2+81’373.4 DOI: 10.18384/2310-712X-2019-4-80-97 ÃËÀÂÍÛÅ ÑËÎÂÀ ÃÎÄÀ: ÑÒÐÓÊÒÓÐÍÎ-ÔÓÍÊÖÈÎÍÀËÜÍÀß È ÑÎÖÈÎËÈÍÃÂÈÑÒÈ×ÅÑÊÀß ÕÀÐÀÊÒÅÐÈÑÒÈÊÀ Едличко А. И. Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова 119991, г. Москва, Ленинские горы, д. 1, Российская Федерация Аннотация. Целью работы является социолингвистический анализ ключевых слов, кото- рые отбираются в рамках ежегодной акции «Слово года» („Wort des Jahres“) в немецкоя- зычных странах. Приводится краткая информация об истории проекта и о существующих лингвистических подходах в исследовании данной лексической категории. В результате дискурсивного анализа номинантов на слова года даются их тематическая, структурно- функциональная и социолингвистическая характеристики с учётом плюрицентричности немецкого языка. В процессе исследования лексических единиц обнаруживаются общие и специфические черты с позиций диатопической вариативности немецкого языка, а так- же раскрываются области функционирования слов в диастратической и диафазической языковых подсистемах. Анализ структуры лексем позволяет выявить не только совре- менные словообразовательные тенденции, но и социокультурные факторы, которые вли- яют на доминирование конкретного словообразовательного типа. Ключевые слова: слово года, немецкоязычные страны, социолингвистика, плюрицен- тричность1 KEY WORDS OF THE YEAR: STRUCTURAL, FUNCTIONAL, AND SOCIOLINGUISTIC CHARACTERISTICS A. Edlichko Lomonosov Moscow State University 1 Leninskie Gory, Moscow 119991, Russian Federation Abstract. The article focuses on the sociolinguistic analysis of the words of the year in German- speaking countries. The history of the project “Word of the Year” („Wort des Jahres“) and lin- guistic approaches to the study of this lexical category are described. The thematic, structural, functional and sociolinguistic characteristics of various categories of the words of the year are given in the light of the pluricentricity of the German language. The study of lexemes has shown that they have common and specific features in the viewpoint of the diatopic, diastratic and diaphasic variation of the German language. The structural analysis of these words demon- strates modern word-formation trends, and helps understand the socio-cultural factors of the dominance of a particular word-formation type. Keywords: word of the year, German-speaking countries, sociolinguistics, pluricentricity © CC BY Едличко А. И., 2019. 81 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 Введение Известно, что итоги года подводят как невербально, так и вербально. Со- циолингвистическая акция «Слово года» (нем. Wort des Jahres), один из способов подведения знаковых со- бытий года, – это явление, которое постепенно становится международ- ной традицией и вызывает интерес не только специалистов в области языка, но и представителей других гумани- тарных направлений. Актуальность и интернациональ- ность проекта способствуют тому, что названные категории исследуются на материале русского [5; 10], немецко- го [9; 14–17; 20], английского [1; 7], а также в сопоставлении двух и более языков [8; 11; 19]. Разноплановость лингвистических категорий и большое количество номинаций позволяют применять различные лингвистиче- ские подходы к изучению слов года: структурный, этимологический, линг- вокультурный, дискурсивный, когни- тивный, социолингвистический, линг- водидактический и др. [1; 7; 11; 17; 18]. Примечательно, что такая лексика ста- новится объектом диссертационных исследований, где подчёркиваются её неологический характер и лексикогра- фический потенциал [6]. В связи с этим актуальность на- стоящего исследования обусловле- на потребностью всестороннего из- учения различных лингвистических единиц акции «Слово года». Целью работы является структурно-функци- ональный и социолингвистический анализ номинантов на слова года: лек- сем, словосочетаний, предложений. Задачи охватывают круг вопросов, связанных с освещением истории про- екта «Слово года» в немецкоязычных странах (Германии, Австрии, Швей- царии, Лихтенштейне, Люксембурге) и регионах (Южном Тироле, Саксо- нии и др.), выявлением используемых лингвистических подходов для анали- за исследуемых единиц, тематической, частеречной и функциональной ха- рактеристикой лексем, определением социолингвистического статуса раз- личных лингвистических категорий с учётом плюрицентричности немецко- го языка. Научная новизна заключает- ся в выявлении универсального и на- ционально-специфического в лексике, включённой в акцию «Слова года» в странах и регионах немецкой речи, с позиций диатопического, диастрати- ческого и диафазического варьирова- ния немецкого языка. Методика ис- следования включает такие методы, как дискурсивный и структурный ана- лиз, а также элементы социолингви- стического и статистического анализа. Исследование структурных, семанти- ческих и прагматических особенно- стей различных лингвистических ка- тегорий, включаемых в акцию «Слово года», не только позволяет выявить их социолингвистическую специфику, но и определяет теоретическую и прак- тическую значимость работы. Слова-ключи и акция «Слово года» Лингвистические символы года не- редко называют ключевыми словами. Ещё в 1970-х гг. Р. А. Будагов, анализи- руя художественные произведения, го- ворил о самостоятельности проблемы «слов-ключей, или ключевых слов» [2, с. 63] не только в отношении семасио- логии, но и в отношении конкретного языка. При этом он рассматривал та- кие ключевые слова, как стилистиче- скую категорию в пределах (кон)тек- 82 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 ста художественного произведения, и соотносил их «с эпохой, с одним из стилей языка данной эпохи, с одним из авторов, с одним из сочинений упомя- нутого автора и т. д.» [цит по: 2, с. 63]. В работе поднимались вопросы не только о жанровом выделении слова (в терминологии Р. А. Будагова – «вы- делимости слова»), но и о принципах, мотивах и последствиях общеязы- ковой «выделимости слова в лексике определенной эпохи» [2, с. 68]. Учёный писал, что ключевые слова «становятся характерными признаками самой дан- ной эпохи и переступают, таким обра- зом, за пределы чисто лингвистических ассоциаций» [2, с. 64]. Значимость клю- чевых слов для определённой культуры иллюстрируется в дальнейшем в тру- дах других авторов [3; 13]. Организаторы конкурса подчёр- кивают социальное значение проек- та, указывая на выбор «слов и фраз, которые особым образом определя- ли политическую, экономическую и общественную жизнь года»1. Лингви- сты отмечают, что с помощью анали- за «языков[ой] жизн[и] социума» [5, с. 25] возможно определить приори- тетные направления общественного развития в конкретном календарном периоде времени. Считается необязательным, что- бы слово возникло именно в год про- ведения конкурса, во внимание при- нимаются известность и частотность использования слова, оно должно ука- зывать на положительную динамику в развитии страны или на основные проблемы. Также акцентируется вни- 1 См.: Wort des Jahres // Gesellschaft der deut- schen Sprache (GfdS): [сайт]. URL: https://gfds. de/aktionen/wort-des-jahres (дата обращения: 10.11.2018). мание на том, что довольно часто слова года помогают гражданам критически осмыслить социополитические собы- тия. Этим можно объяснить наличие собственных конкурсов в странах с разными национальными варианта- ми определённого плюрицентричного языка [9, с. 74]. Выбранные лексемы не только отражают особенности по- литического дискурса, но и влияют на восприятие политиков обществом [5]. Рассматривая слова и антислова года как элемент формирования «язы- ковой хроники» общества [15, S. 9], исследователи не отрицают, что вы- бор ключевых (анти)слов может по- ниматься как один из видов рефлексии на текущие социальные события и на развитие языка или национального ва- рианта в рамках критики языка. Учё- ными также делается акцент на боль- шем вкладе акции «Анти-слово года» в развитие языковой культуры обще- ства (по сравнению с конкурсом «Сло- во года») [15, S. 9] и влиянии проекта на коммуникацию в рамках различных дискурсов [9, с. 76]. Краткая история проекта «Слово года» в немецкоязычных странах и регионах Выбор главного слова года прохо- дит практически на всех континентах: во многих европейских государствах, в России, США, Австралии, Японии и др., – можно определённо сказать, что эта социолингвистическая тенденция носит международный характер. Воз- никновение и развитие проекта свя- зывают с Германией, где в 1971 г. впер- вые было выбрано слово года, однако регулярный характер акция приобрела лишь с 1977 г. С 1978 г. рейтинг слов публикуется в журнале „Der Sprach- 83 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 dienst“ Общества немецкого языка1. Общество выбирает слова, которые лингвистически отражают политиче- скую, экономическую и социальную жизнь в Германии по версии жюри и на основе народного голосования, следовательно, при выборе таких слов всегда присутствует субъективный фактор. При этом подчёркивается не- обходимость вовлечения в данный проект нелингвистов-носителей язы- ка, т. е. во внимание принимается важ- ность «непрофессионального взгляда на язык» (laienhaft e Sprachbetrachtung) [14, S. 11]. Вследствие этого упомяну- тые проекты неоднократно обвиняли в том, что их результаты дают иска- жённую информацию о языке. Одна- ко, по мнению австрийского лингвиста Х. Пфандля, слово года по своей при- роде не может быть объективным: его появление – всегда творческий про- цесс, а выбор производится людьми с учётом собственных пристрастий [8, с. 225]. В 1999 г. к проекту присоединяет- ся Австрия (факультет германистики университета Карла-Франца в г. Грац). Известный австрийский социолинг- вист, глава конкурса Р. Мур объясняет появление этой акции в Австрии тем фактом, что выбранные в Германии слова нередко касались её внутрен- ней политики, и многие австрийцы не отождествляли себя с такими событи- ями, а иногда даже не понимали слов, называющих их [20, S. 25]. Подобные проекты были запущены и в других немецкоязычных странах и регионах: Лихтенштейне (с 2002 по 2016 гг.), не- 1 См.: Wort des Jahres // Gesellschaft der deut- schen Sprache (GfdS): [сайт]. URL: https://gfds. de/aktionen/wort-des-jahres (дата обращения: 10.11.2018). мецкоязычной Швейцарии (с 2003 г.), в Италии – в Южном Тироле (с 2005 по 2013 гг.), Люксембурге (в 2013 г). С 1995 г. отбор слов, неологизмов и фраз года проводится и на нижнене- мецком языке (Plattdeutsch), а с 2008 г. в Саксонии с целью поддержки саксон- ского диалекта выбираются исчезаю- щие, популярные и самые красивые слова. С 2016 г. по инициативе Швей- царской федерации глухих (Schweize- rischer Gehörlosenbund) начался выбор жестового слова года в немецкоязыч- ных кантонах Швейцарии. Для нагляд- ности приведём систематизированные данные о проведении акции в странах немецкой речи и немецкоязычных ре- гионах (см. табл. 1). Как показывают данные в таблице 1, инициаторами акции являются не только лингвистические объединения (языковые факультеты университе- тов, лингвистические сообщества), но и непрофессиональные организации (газеты, фонды, музеи и т. д.). В боль- шинстве стран акция носит системати- ческий характер уже не один десяток лет, но есть и разовые проекты, как, например, в Люксембурге. Конкурсы в разных государствах включают как одинаковые номинации (слово – анти- слово – фраза года), так и присущие только конкретной стране (например, англицизм года – в Германии, топоним года – в Австрии, диалектное слово, пресс-релиз года – в Лихтенштейне и Швейцарии, слово года на жестовом языке – в Швейцарии и т. д.). Значимая роль экономики подчёркивается тем, что в Германии и Австрии фондовы- ми биржами выбираются антислова в сфере биржевой торговли. Современный немецкий язык пред- ставляет собой негомогенную систему, 84 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 Таблица 1 Выбор слова года в немецкоязычных странах и регионах1 № Год нача-ла акции Страна / Регион Кто выбирает Номинации 1. 1971 г. Германия Общество немецкого языка Дюссельдорфская фон- довая биржа − Слово года (1971 г., с 1977 г. – регулярно); − Антислово года (с 1991 г.); − Молодёжное слово (с 2008 г.); − Фраза года (с 2001 г., кроме 2004–2008 гг.); − Англицизм года (с 2010 г.); − Лучшее заимствованное слово (2008 г.). − Антибиржевый термин года (с 2001 г.). 2. 1995 г. Германия, ниж- ненемецкий язы- ковой ареал (Plattdeutsch) Земельный союз Ме- кленбург-Передняя Померания и Литера- турный музей Фрица Рейтера − Слово года (с 1995 г. по н. вр. – ежегодно, с 2011 по 2016 гг. – один раз в два года); − Неологизм года /актуальное слово (с 2004 г., кроме 2012–2014, 2016 гг.); − Выражение/пословица (с 2004 г., кроме 2012–2014, 2016 гг.). 3. 1999 г. Австрия Университет Карла- Франца Венская фондовая биржа − Слово года (с 1999 г.); − Антислово года (с 1999 г.); − Фраза года (с 2002 г.); − Антифраза года (с 2006 г.); − Молодёжное слово (с 2010 г.); − Топоним года (2015, 2016 гг.); − Слово полувека (1999 г.). − Антибиржевый термин года (с 2001 г.). 4. 2002 г. Лихтенштейн Бюро «Слово года» и международный клуб прессы Лихтенштейна − Слово года (2002–2016 гг.); − Антислово года (2002–2016 гг., кроме 2006 г.); − Фраза года (2002–2014 гг.); − Диалектизм года (2006, 2015, 2016 гг.); − Цифра года (2007, 2016 гг.); − Сокращение года (2008, 2013 гг.); − Пресс-релиз года (2009, 2011, 2012 гг.). 1 1 Данные приведены по материалам сайтов организаций, которые занимаются проведением названной акции в разных немецкоязычных странах и регионах и освещают результаты проекта: Gesellschaft für deutsche Sprache (URL: https://gfds.de); OEWORT. Das Österreichische Wort des Jah- res (URL: http://www.oedeutsch.at/OEWORT); Liechtensteiner Vaterland online (URL: https://www.va- terland.li); Luxemburger Wort (URL: https://www.wort.lu); Wort des Jahres Schweiz (URL: https://www. zhaw.ch/de/linguistik/wort-des-jahres-schweiz); Schweizerischer Gehörlosenbund (SGB-FSS) (URL: https://www.sgb-fss.ch); Ilse Bähnert Stift ung (URL: https://tom-pauls-theater-pirna.de/ilse-baehnert- stift ung/kurz-vorgestellt-ilse-baehnert-stift ung); Wort des Jahres // Wikipedia (URL: https://de.wikipedia. org/wiki/Wort_des_Jahres) и др. 85 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 объединяющую национальные стан- дарты в Германии, Австрии, Швей- царии, а также различные формы су- ществования – литературный язык, диалект, разговорный язык. Важным представляется тот факт, что акция «Слово года» с 1995 г. проводится на одном из миноритарных языков Гер- мании – нижненемецком, и вот уже в течение 10 лет выбираются слова на саксонском диалекте. Тематически отобранная лексика на данных иди- омах не имеет политической направ- ленности, а относится скорее к быто- вой сфере. Так, главным словом года в 2018 г. на нижненемецком (Plattdeut- sches Wort des Jahres) стало Hartpuckern (Herzklopfen ‘сердцебиение’), актуаль- ным словом – лексема Ankiekbook (Fa- cebook ‘Фейсбук’), фразой года – Stroh fast, kiek weit und röög di! (Steh fest, schau weit und mach was! досл. ‘Стой прочно, смотри вдаль и делай что-нибудь!’). На саксонском диалекте (Sächsisches Wort des Jahres) акция включала в 2018 г. четыре номинации: 1) красивое слово года (schönstes Wort des Jahres) – Be- schmuh (Täuschung, Schwindel, Betrug ‘обман, афера’); 2) слово, находящееся под угрозой (bedrohtestes [sächsisches] Wort des Jahres) – dorwiern (qungeln, nerven ‘нервировать’); 3) самое люби- мое слово года (beliebtestes Wort des Jahres) – friemeln (fummeln, etwas mit- einander verbinden, Zusammenhänge ver- knüpfen ‘связывать’); 4) ругательство года (Schimpfwort des Jahres) – Diggni- schl (Dickkopf ‘упрямец’). № Год нача-ла акции Страна / Регион Кто выбирает Номинации 5. 2003 г. Швейцария (не- мецкоязычн.) Цюрихский университет прикладных наук Швейцарская федерация глухих − Слово года (с 2003 г.); − Анти-слово года (2003–2016 гг.); − Фраза года (2003–2016 гг.); − Пресс-релиз года (2004 г.); − Диалектизм года (2007 г.); − Неологизм года (2008 г.); − Молодёжное слово года (2009– 2012 гг.); − Финансовое слово года (2014, 2015 гг.). − Жестовое слово года (с 2016 г.). 6. 2005 г. Южный Тироль (Италия) Институт профессио- нальной коммуникации и многоязычия EURAC и Свободный университет г. Боцен − Слово года (2005–2013 гг.); − Антислово года (2005–2013 гг.); − Фраза года (2010 г.). 7. 2008 г. Саксония Фонд Ильзе Бэнерт и факультет германисти- ки Технического ун-та Дрездена − Самое красивое слово (с 2008 г.); − (Саксонское) слово, находящее- ся под угрозой (с 2008 г.); − Самое популярное/любимое слово (с 2008 г.); − Ругательство года (2018 г.). 8. 2013 г. Люксембург Газета „Luxemburger Wort“ − Слово года (2013 г.); − Антислово года (2013 г.); − Фраза года (2013 г.). Окончание таблицы 1 86 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 Языковые тенденции, характерные для слов года в немецкоязычных странах С социолингвистической точ- ки зрения интерес представляют не только слова-победители, но и все слова-номинанты, которые входят в рейтинговую десятку «Слов года». В структурном отношении наблюдается тенденция к использованию разного типа аббревиатур: AIDS, SMS, PISA- Schock (Programme-for-international- studies-assesment-Schock), YOLO (you only live once) и др. Список слов года продолжают не только антислова, со- кращения и фразы года, но и значимые цифры года. Так, в 2016 г. в Лихтен- штейне в результате подсчётов таким важным статистическим символом стало число 13 295, указывающее на общее количество человек, получив- ших гражданство княжества с 1971 по 2015 гг. (включая 7372 проживающих в стране иностранца и 5923 граждан княжества, живущих за границей). Это составляет более трети современного населения страны1. Интересной представляется цифро- вая номинация 079, занявшая третье место в списке слов года Швейцарии в 2018 г. «079»2 – название написанной на швейцарском немецком песни, ко- торая стала хитом летом 2018 г. В пес- не рассказывается о любви молодого 1 «Regenwassergebühr» ist das Wort des Jahres // Liechtensteiner Vaterland online. 09.12.2016. URL: https://www.vaterland.li/liechtenstein/ver- mischtes/Regenwassergebuehr-ist-das-Wort-des- Jahres;art171,240470 (дата обращения: 09.12.2018). 2 См. текст песни на швейцарском не- мецком: 079 Songtext // Songtexte: [сайт]. URL: https://w w w.songtexte.com/songtext/lo-and- leduc/079-g5bed3b18.html (дата обращения: 12.12.2018). человека к телефонистке справочной службы, который попросил номер её телефона, но получил в ответ только код 079. Влюблённый перебрал 10 млн телефонных комбинаций, но когда он, наконец, услышал голос девушки, по- пал по невнимательности под трам- вай. Песня вызвала общественный резонанс в стране, полемику о недо- пустимости навязчивого внимания к женщинам со стороны мужчин, пре- следования женщин, а также о неже- лании мужчин слышать в ответ отказ, что «нет значит нет» (что соотносится с фразой Nein heißt nein, ставшей ак- туальной после агрессивных нападок мигрантов-мужчин на женщин в Гер- мании). Характерной особенностью слов года и номинантов является исполь- зование цифровых гибридных соче- таний: der 11. September (дата теракта в США в 2001 г.), Agenda 2010 (соци- альная программа реформирования рынка труда, начатая правительством Г. Шрёдера в 2003 г.), Stuttgart 21 (про- ект нового железнодорожного вокзала в Штутгарте), Hartz IV (непопулярная программа об отмене социального по- собия по безработице), Generation @ (о новом интернет поколении). В каче- стве гибридного примера можно также назвать выбранную в 2016 г. в Австрии молодёжную фразу года, в которой от- ражено выражение недовольства и не- понимания: Was ist das für 1 Life ‘Что это за жизнь?’, – где числительное 1 заменяет неопределённый артикль ein. Исследователи указывают на увели- чение количества небуквенных знаков (эмотиконов, хэштегов и т. д.) в списке слов года в разных языках [1, с. 13], что подтверждает популярность хэш- тега в списке ключевых слов года: в 87 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 2014 г. в Швейцарии это был просто популярный знак #, а в 2017 г. – выра- жение с хэштегом #metoo (в Германии в 2017 г. #MeToo), изначально связан- ное с именем голливудского продю- сера Х. Вайнштейна, стало символом не только сексуального насилия, но и масштабных злоупотреблений власт- ными полномочиями. Возрастающая тенденция к использованию небуквен- ных графических знаков объясняется многообразием их функций, в числе которых можно назвать прежде всего иллюстративную, служащую для ат- трактивного представления инфор- мации, и когнитивную, связанную со структурированием, анализом и син- тезом сообщения [4, с. 62]. Словами и антисловами года ста- новятся многочисленные контами- нантные наименования, семантика которых отражает социальную и по- литическую ситуацию в конкретной стране. Например, выход Велико- британии из ЕС вербализирован в лексеме Brexit ← Britain+exit, послу- жившей моделью для образования других слов года с ироничными кон- нотациями: Grexit ← Greek+exit, Öxit ← Österreich+exit. По такому же принци- пу образовано прилагательное bahnsin- nig ← Bahn+wahnsinnig, указывающее на забастовки немецких машинистов в 2014 г. Очевидно, что слово имеет не- гативные коннотации, поскольку его звучание и строение отсылают к слову wahnsinnig ‘безумный’. Контаминанты выполняют не только людическую, са- тирико-ироническую, аттрактивную и другие функции, в них отражается за- кон языковой экономии – один из уни- версальных законов динамики языка. Большое количество подобных кон- таминантов имеется в современном молодёжном языке, что не могло не сказаться на выборе молодёжных слов года: tinderjährig ← Tinder+minderjährig ‘достаточно взрослый, чтобы пользо- ваться сайтами знакомств’; napfl ixen ← nap+Netfl ix+en ‘дремать во время кинопросмотра на платформе Netf- lix’; Snackosaurus ← snack+ Dinosaurus ‘снекозавр’, ‘прожорливый человек’ и др. Молодёжным словом года в 2015 г. стал контаминант Smombie ‘зомбиро- ванный телефоном человек, который ничего не замечает вокруг’, составлен- ный из инициального элемента слова Smartphone и финального компонента лексемы Zombie. Социальная функция современных гаджетов (зомбирующая, изолирующая) отражается и в содер- жании известного сочетания, имену- ющего поколение людей с опущенной головой – Generation Kopf unten (= Ge- neration Head Down, Generation Kopf runter, Kopf-nach-unten-Generation), ко- торое попало в список номинантов ак- ции в 2014 г. в Германии. С одной стороны, в списках пре- тендентов в слова года имеется много сокращений, с другой – наблюдается наличие большого количества рас- пространённых в немецком языке суб- стантивных композитов. Такие лекси- ческие единицы, изначально имеющие положительную или нейтральную коннотацию, приобретают со време- нем отрицательный оттенок и очень ёмко отражают социальные проблемы: Willkommenskultur ‘культура гостепри- имства’ (направленная на мигрантов), Silvesternacht ‘новогодняя ночь’ (как напоминание о новогодних массовых нападениях на женщин в ночь на 1 ян- варя 2016 г.), Brexit-Chaos ‘хаос в про- цессе выхода Британии из ЕС’ (2018 г.), Klimakatastrophe ‘климатическая ка- 88 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 тастрофа’, Regenwassergebühr ‘налог на дождевую воду’ (введённый в общине Тризен в 2016 г. в княжестве Лихтен- штейн). В 2018 г. вторую позицию в немецком рейтинге слов года занял появившийся в период избирательной компании 2017 г. неологизм-композит Funklochrepublik, дефиниция которо- го указывает на плохую мобильную связь в сельских регионах Германии. Затянувшиеся выборы президента Австрии в 2016 г. инициировали по- явление ставшего словом года оккази- онализма Bundespräsidentenstichwahl- wiederholungsverschiebung. Семантиче- ская составляющая слова, указываю- щая на повторный перенос выборов федерального президента, и его длина (композит состоит из 51 буквы) отра- жают иронию и сарказм, вызванные растянувшимися более чем на полгода выборами. Многокомпонентные юри- дические термины попадали в рейтин- ги слов года и в Германии, ср.: Arznei- mittelausgabenbegrenzungsgesetz ‘закон об ограничении расходов на лекарствен- ные средства’ и Rindfl eischetikettierungs- überwachungsaufgabenübertragungsge- setz, устар. ‘закон о передаче функций контроля маркировки говядины’. В состав номинантов попадают не только автохтонные наименования, но и заимствования (в основном англоаме- риканизмы): Big Data, Event, Selfi e, Fake News, Infl uencer, Blockchain, Hate Speech, YOLO и др. В 2017 г. в Швейцарии на 3 месте оказалась реалия цифровой эпохи Infl uencer ‘популярный блогер’. Англи- цизмом года в 2018 г. в Германии стал гибридный композит Gendersternchen ‘астериск’, ‘гендерная звёздочка’, состо- ящий из двух частей – инициальной английской и финальной немецкой. Gendersternchen – графический знак, который был официально предложен в 2015 г. немецкой партией «Союз 90 / Зеленые» для устранения гендерного неравенства на письме. Данный символ является одним из небуквенных сим- волов политической корректности и употребляется перед суффиксом ж. р. во мн. ч., ср.: Bürger*innen, Student*innen и др. В разные годы в списки слов года входили заимствования из других язы- ков: русского (Perestroika, Glasnost), японского (Tamagotchi, Fukushima, Ko- alitionsharakiri), арабского (Yalla! ‘По- торопись!’; ‘Дай пройти!’; ‘Исчезни!’), французского (Je suis Charlie – как напо- минание о расстреле в редакции фран- цузской газеты в 2015 г.). Помимо отдельных слов в номина- циях представлены и словосочетания, семантика которых также отражает социальную проблематику: unter den Eurorettungsschirm schlüpfen, multipola- re Welt, eingebettete Journalisten, gefühlte Armut и др. В 2017 г. на втором месте в немецком рейтинге оказалось сло- восочетание Ehe für alle ‘брак для всех’, которое стало лозунгом вступившей в силу легализации однополых браков. В 2018 г. в список слов вошло словосоче- тание Die Mutter aller Problem ‘мать всех проблем’ – так министр МВД Германии Хорст Зеехофер (Horst Seehofer) назвал действующего канцлера А. Меркель, обвиняя её в проблемах, вызванных миграционными потоками. Ещё одна тенденция – это исполь- зование цитат при выборе фразы и антифразы года. Как правило, в данной номинации представлены выдержки из речи политиков: Ich trete nicht zurück, ich mache den Weg frei ‘Я не отступаю / не ухожу в отставку, я освобождаю путь’ (высказывание Габриэле Мозер по окончании карьеры председателя анти- 89 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 коррупционного комитета Австрии в 2012 г.); Wir schaff en das! ‘Мы справим- ся’ (фраза Меркель летом 2015 г. в пери- од наплыва беженцев из стран Ближне- го Востока и Северной Африки) и др. Однако тематика не ограничивается только политической проблематикой, в качестве примера можно привести вселяющую надежду фразу австрий- ского спортсмена-экстремала Феликса Баумгартнера, который прыгал с вы- соты около 40 км: I am going home now. Антифразы года, попадающие в топо- вые позиции акции, как правило, так- же принадлежат политикам и нередко носят оскорбляющий характер. В каче- стве примера можно назвать антифра- зу-2018, принадлежавшую министру здравоохранения и социальной поли- тики Австрии Беате Хартингер-Кляйн во время телеинтервью: Man kann sicher von 150 Euro im Monat leben ‘На 150 евро в месяц точно можно прожить’. Как показывают данные, наиболее представленной в конкурсе «Слово года» частью речи является суще- ствительное, что можно объяснить спецификой проекта, цель которого – назвать, задокументировать главные события и процессы определённого года. В Германии в 2018 г. победителем стало слово Heißzeit, досл. ‘горячее вре- мя’, ‘жаркий период’, что было связано с экстремально жарким летом 2018 г. Звуковая аналогия окказионализма Heißzeit и нормативного слова Eiszeit ‘ледниковый период’ подтверждает, по мнению немецких лингвистов, и их семантическую связь, поскольку слово года указывает не только на времен- ной отрезок, но и на глобальные изме- нения климата в целом1. В Австрии в 1 GfdS wählt „Heißzeit“ zum Wort des Jahres 2018 // Gesellschaft für deutsche Sprache (GfdS): 2018 г. словом года выбрали существи- тельное Schweigekanzler ‘безмолвный канцлер’, которым называют председа- теля правительства Себастиана Курца (с 18.12.2017 по 27.05.2019 гг.), избега- ющего комментировать неприятные для политика темы. Эта лексема уже становилась австрийским словом года в 2005 г. и была связана с именем Воль- фганга Шюсселя, федерального кан- цлера Австрии с 2000 по 2007 гг.: тогда Шюсселя как представителя Австрий- ской народной партии обвиняли в дис- танцировании от правопопулистских и радикальных высказываний партнё- ра по коалиции Австрийской партии свободы2. Композит Doppeladler ‘дву- главый орёл’, ставший словом года в немецкоязычной Швейцарии в 2018 г., символизировал жест, показанный швейцарскими футболистами албан- ского происхождения после забитого гола в ворота команды Сербии на ЧМ- 2018. Таким образом спортсмены на- помнили о своей национальной иден- тичности: двуглавый орёл изображён на гербе Албании. Этот знак вызвал неоднозначную реакцию швейцарцев, разделившихся на осуждающих «нена- стоящих» подданных конфедерации и заступающихся за албанцев с двойным гражданством, которые забили мячи для швейцарской сборной. Прилагательные редко попадают на первую позицию в списке номинан- тов. В Германии в 1971 г. победителем было признано прилагательное auf- müpfi g ‘непокорный’, которое ассоции- [сайт]. URL: https://gfds.de/wort-des-jahres-2018/ (дата обращения: 10.12.2018). 2 „Schweige-Kanzler“ ist „Wort des Jahres“: Schüssel glänzt durch verbale Sparsamkeit // News: [сайт]. URL: https://www.news.at/a/schweige-kan- zler-wort-jahres-schuessel-sparsamkeit-128397 (дата обращения: 09.12.2018). 90 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 ровалось с протестными студенчески- ми движениями конца 1960-х гг. в ФРГ. В 2016 г. словом года стало пейоратив- ное прилагательное postfaktisch (от англ. post-truth ‘постправда’), дефиниция которого указывает на то, что правда теряет свою ценность, ср.: postfaktisch – zu einer Entwicklungsstufe gehörend, in der die Bedeutung von Tatsachen stark abnimmt; unabhängig von Wahrheitsge- halt oder Realität1. В номинанты попа- дают, как правило, прилагательные с негативным значением (нормативным либо узуальным). К таким лексемам от- носятся, например, выбранное в 2014 г. в Австрии слово года situationselastisch ‘приспосабливающийся под ситуацию’, характеризующее современных поли- тиков, или антислово 2010 г. в Герма- нии alternativlos ‘безальтернативный’, которое было употреблено канцлером А. Меркель в оправдание на выделение Греции финансовой помощи. Нередко прилагательные с положи- тельными ингерентными коннотация- ми приобретают в контексте пейора- тивное значение. Так, использованный во время выборов в 2013 г. Австрий- ской партией свободы окказионализм inländerfreundlich ‘дружелюбный по отношению к местным жителям’ стал контекстным синонимом кодифици- рованного прилагательного ausländer- feindlich ‘враждебный по отношению к иностранцам’. Партия выдвигала в своей предвыборной программе тре- бования, направленные против ми- грантов и беженцев, что впоследствии очень критиковалось оппозицион- ными политиками и СМИ, при этом ироничность и негативность подчёр- кивались в прессе, как правило, за- 1 См.: Duden-online Wörterbuch. URL: https:// www.duden.de (дата обращения: 09.12.2018). кавыченным оформлением данного слова (das «inländerfreundliche» Wahl- programm, «inländerfreundliche» Politik, die «inländerfreundliche» Linie, FPÖ- Programm ist «inländerfreundlich» и др.), ср.: In zehn Th emenblöcken werden Forde- rungen aufgestellt, die sich vor allem durch «inländerfreundliche» Politik – also strik- terem Vorgehen bei Zuwanderung und Asyl – auszeichnen2. Изменение семан- тики наблюдается и у прилагательного multikulturell ‘мультикультурный’, за- нимавшего восьмую позицию в списке «Слов года–1989» и приобретающего в настоящее время негативные коннота- ции, обусловленные экстралингвисти- ческими факторами. Глаголы представлены в списках слов года в небольшом количестве. К примеру, в Германии с 1971 по 2018 гг. из почти 363 односложных слов и композитов встречается толь- ко 19 глаголов. Довольно частотны англицизмы, относящиеся, как прави- ло, к компьютерной сфере, например: googeln ← to google, twittern ← to twitter, simsen ← SMS, whatsappen ← WhatsApp и пр. Выбор данных слов в качестве слов года подчёркивает влияние совре- менных технологий на жизнь каждого человека и общества в целом. Образо- вание таких лексем отражает принцип языковой экономии: в данном случае вместо глагольных словосочетаний с синонимичным значением использу- ется его лаконичный эквивалент, на- пример, eine SMS senden → simsen. Существует особая группа глаго- лов-дериватов от имён собственных 2 „Inländerfreundlich“: FPÖ präsentiert Pro- gramm // Salzburger Nachrichten: [сайт]. URL: https://www.sn.at/politik/innenpolitik/inlaender- freundlich-fpoe-praesentiert-programm-4575889 (дата обращения: 12.11.2018). 91 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 публичных людей. Такие лексемы в разное время входили в список но- минантов слов года и указывали, как правило, на недостойные действия по- литиков, государственных деятелей, спортсменов: gaucken ‘следить’, ‘шпио- нить’; hoyzern ‘манипулировать’; trum- pen ‘оскорблять людей, лгать’; wulff en ‘жить за чужой счёт’, ‘уклончиво рас- сказывать о ч-л.’; merkeln ‘уклоняться от ответов’, ‘откладывать решения на потом’. К примеру, глагол guttenbergen ‘списать ч-л., выдав за своё’ образо- ван от фамилии бывшего министра обороны Германии Карла-Теодора цу Гуттенберга, который лишился учёной степени и отказался от поста министра из-за большого объёма плагиата в сво- ей диссертации. Один из глаголов дан- ной группы verhunzingern ‘подкупить’; ‘лоббировать чьи-либо интересы’ так- же образован от имени собственного скандально известного экс-министра обороны ФРГ Морица Хунцингера, имя которого связывают со способно- стью завязывать знакомства с полити- ками и делать им щедрые подарки для преодоления проблем. В названном деониме пейоративные коннотации также проявляются с помощью при- ставки ver-, одно из значений которой указывает на действие с неправильны- ми результатами. По такому же принципу образова- но выбранное в Австрии в 2013 г. слово Frankschämen ← Frank+fremdschämen, которое можно перевести как ‘сты- диться за Фрэнка’. Первая часть сло- ва-гибрида представляет собой имя политика Фрэнка Стронака1, вторая 1 Фрэнк Стронак (Frank Stronach) – ав- стрийский и канадский бизнесмен и политик, который известен своими нелицеприятными высказываниями. – австрийское слово 2010 г. fremdschä- men ‘стыдиться за кого-л.’. Наличие ономастического компонента в словах года обусловлено, по мнению иссле- дователей, спецификой конкурса, по- скольку привлечение прецедентного имени облегчает задачу передачи сути события [9, с. 77]. Деривационный по- тенциал и особенности перевода на- званных выше деонимов на русский язык вызывают интерес исследовате- лей [см. подр: 12]. Швейцарское общество глухих уже три года выбирает жест года. Так, в 2016 г. в немецкоязычной части стра- ны словом года на жестовом языке стал антропоним Donald Trump. Выбор был обусловлен жестом, имитирую- щим причёску Президента США, или т. н. копну волос Трампа (trumpsche Haarpracht)2. В 2017 г. в победители вышло жестовое имя швейцарского теннисиста Роджера Федерера (Roger Federer), что связано с триумфальным возвращением спортсмена в рейтинги лучших теннисистов мира3. Не только антропонимы, но и дру- гие имена собственные попадают в рейтинги. Так, топоним Tschernobyl (1986 г., Германия) связан с катастро- фой, произошедшей на Чернобыль- ской АЭС 26 апреля 1986 г. Композит с инициальным компонентом-топони- мом Russlandversteher4 ‘понимающий 2 „Donald Trump“ ist Gebärde des Jahres! // Schweizerischer Gehörlosenbund (SGB-FSS): [сайт]. URL: http://www.sgb-fss.ch/gebaerden- des-jahres-2016 (дата обращения: 09.12.2017). 3 „Roger Federer“ ist Gebärde des Jahres // Schweizerischer Gehörlosenbund (SGB-FSS): [сайт]. URL: https://www.sgb-fss.ch/roger-fe- derer-ist-gebaerde-des-jahres (дата обращения: 09.12.2017). 4 Слово образовано по аналогии с неоло- гизмом Putinversteher / Putin-Versteher ‘понима- ющий Путина’. 92 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 Россию’ стал кандидатом в списке не- мецких анти-слов года после присо- единения Крыма к России в 2014 г. В 2013 г. в Люксембурге единствен- ный раз при поддержке газеты «Lu- xemburger Wort» прошла акция «Слово года». Жители страны выбрали по- бедителем топоним Gambia ‘Гамбия’, именующий коалицию трёх люксем- бургских партий, чьи партийные цвета – красный (Социал-демократическая партия), синий (Демократическая пар- тия), и зелёный (Партия «зелёных») – можно найти в национальном флаге Гамбии1. Заметим, что в 2017 г. словом года в Германии стало сложное су- ществительное Jamaika-Aus с компо- нентом-топонимом Jamaika ‘Ямайка’, указывающее на неудавшееся сотруд- ничество партий (ХДС/ХСС, СДПГ и «Зелёных») в коалиции Jamaika-Koali- tion2. 2014 г. австрийским антисловом- победителем стал двухкомпонентный композит Negerkonglomerat, досл. ‘кон- гломерат негров’, включающий дис- криминирующий этноним Neger. Так австрийский публицист и экс-депутат Европарламента Андреас Мёльцер вы- разил своё отношение к растущему ха- осу в Европе, связанному с притоком мигрантов: „Entweder sind wir ein Ne- 1 „Gambia“ ist das Wort, „Bommeleeër“ das Unwort des Jahres 2013 // Luxemburger Wort: [сайт]. URL: https://www.wort.lu/de/lokales/gam- bia-ist-das-wort-bommeleeer-das-unwort-des- jahres-2013-52b02d07e4b006edcdac878d (дата обращения: 12.01.2018). 2 Лексема Jamaika-Koalition, ‘Ямайская ко- алиция’ или ‘коалиция «Ямайка»’, активно используется в политическом вокабуляре в Германии. Топоним в составе композита ас- социируется с чёрно-зелёно-жёлтым флагом Ямайки, цвета которого соответствуют цветам партий: ХДС/ХСС (чёрный), СДПГ (жёлтый) и Союз 90/Зелёные (зелёный). gerkonglomerat, wo alles – und das sage ich bewusst brutal politisch nicht korrekt – wo das Chaos sich vermehrt“3. Исполь- зование лексемы в предвыборных де- батах, несмотря на последующие изви- нения и оправдания, способствовало дисквалификации Мёльцера как члена законодательного органа ЕС и как по- литика. Редким является наличие в списке слов других частей речи. Так, одним из номинантов в 2018 г. в Германии стало причастие strafb elobigt ‘наказанный по- ощрением’, описывающее карьерные назначения экс-главы Федеральной службы по охране конституции Хан- са-Георга Маасена. После ряда скан- дальных поступков и неоднозначных заявлений по поводу инцидентов в Хемнице, деятельности Сноудена, элек- тронного шпионажа и др. Маасена ос- вободили от занимаемой должности и назначили госсекретарем в МВД, что по сути было формальным повышением. В приведённой ниже таблице (табл. 2) указывается числовое и про- центное соотношение различных ча- стей речи и синтаксических структур (словосочетаний), ставших победите- лями в проекте «Слово года» в немец- коязычных странах и регионах. В таблицу внесены данные по тем немецкоязычным странам и регио- нам, в которых систематически выби- рается слово года. Мы не стали вклю- чать в таблицу Люксембург, поскольку 3 Mölzer gibt Sager über „Negerkonglomerat“ zu und entschuldigt sich // Der Standard: [сайт]. URL: https://derstandard.at/1395363004736/ Deutsch-Moelzer-soll-Kandidatur-zurueckzie- hen (дата обращения: 14.02.2019); Goldfi n- ger 2000. Mölzer und das „Negerkonglomerat“ // YouTube: [сайт]. URL: https://www.youtube. com/watch?v=FkCEETAQqkk (дата обращения: 14.02.2019). 93 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 Таблица 2 Распределение слов-победителей по частям речи (кол-во, %) Страна Часть речи, синтакс. стр-ра А вс тр ия (1 99 9– 20 18 ) Ге рм ан ия (1 97 1, 1 97 7- 20 18 ) Л их те нш те йн (2 00 2– 20 16 ) Ш ве йц ар ия (2 00 3– 20 18 ) Ю ж ны й Ти ро ль (2 00 5– 20 13 ) С ак со ни я (2 00 8– 20 18 ) Н иж не не м ец . (1 99 5– 20 18 к ро м е 20 12 , 2 01 4, 2 01 6) Существительные 18 (90%) 35 (81%) 15 (100%) 13 (81%) 9 (100%) 5 (46%) 8 (40%) Прилагательные 1 (5%) 2 (5%) - - - 3 (27%) 5 (25%) Глаголы 1 (5%) - - - - 3 (27%) 4 (20%) Словосочетания - 6 (14%) - 2 (13%) - - 3 (15%) Другое (невер- бальные символы) - - - 1 (6%) - - - Всего 20 (100%) 43 (100%) 15 (100%) 16 (100%) 9 (100%) 11(100%) 20 (100%) подобная акция состоялась в стране в 2013 г. и носила, по нашим сведени- ям, разовый характер. Как показыва- ет анализ, подавляющее большинство слов на стандартных и региональных вариантах немецкого языка относится к существительным (от 81% до 100%), прилагательные и глаголы представ- лены в количестве 5%, синтаксические структуры, получившие лексическое значение, составляют 14% в Германии и 13% в Швейцарии, невербальные символы как слова года выбирались в немецкоязычной Швейцарии (6%). Противоположная картина наблю- дается в списке слов, выбранных на нижненемецком языке и на саксон- ском диалекте: менее половины суще- ствительных (46% и 40% соответствен- но), практически равное количество прилагательных (27% и 25%) и глаго- лов (27% и 20%), отражающих быто- вую тематику и называющих базовые качества и действия. Словосочетания отбирались в качестве слов года толь- ко на нижненемецком языке (15%). Такой выбор в пользу прилагательных и глаголов на миноритарном языке (öllerhaft ig ‘старомодный’, langtöögsch ‘медленный’, begäuschen ‘успокаивать’, kommodig ‘приятный’ и др.) и на диа- лекте (bomborzionös ‘отличный’, for- blembern ‘тратить время, деньги и дру- гие ресурсы’, forhohnebibln ‘издеваться, насмехаться’, färdsch ‘готовый’ и др.) обусловлен, на наш взгляд, попыткой носителей дистанцироваться от не- гативных социополитических собы- тий, происходящих в стране и в мире, и желанием подчеркнуть значимость повседневных действий и качеств раз- личных предметов / явлений для жиз- ни человека. В связи с этим нельзя не согласиться с мнением, что слова года являются отражением актуальных ре- алий, которые характерны для опреде- лённого социума [8, с. 6]. Выводы Проведённый анализ позволяет сделать следующие выводы о специ- фике «Слов года» в немецкоязычных странах. В качестве неязыковых осо- бенностей можно назвать: − расширение количества стран- участников проекта; 94 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 − системный характер акции в большинстве немецкоязычных стран; − участие в проекте не только учё- ных-лингвистов и преподавателей немецкого языка, но и журналистов, культурологов, представителей других специальностей, не связанных с про- фессиональным изучением языка; − широкий разброс тематики отби- раемых лексических и синтаксических единиц: внутренняя / внешняя поли- тика, экономика, история, миграция, компьютерная сфера, быт и др.; − увеличение количества лексиче- ских и синтаксических номинаций. В целом исследование указанной языковой категории помогает опре- делить ключевые социополитические моменты, охарактеризовать тенден- ции развития общества в течение ка- лендарного года. При выборе слова-победителя в не- мецкоязычных странах не существу- ет конкретных предписаний. С точки зрения временно �й дифференциации лексики к словам года можно отнести как неологизмы, так и слова, уже ак- тивно использующиеся в языке и име- ющие нормативный статус. Лексемы, попавшие в список претендентов, мо- гут носить окказиональный характер и не всегда иметь дальнейшую лекси- кографическую кодификацию (как, к примеру, это происходит в некоторых англоговорящих странах). Коннотативно-семантический диа- пазон слов довольно широкий: от нейтрально-оценочных до положи- тельно маркированных (реже) и пейо- ративных (вплоть до инвективов, руга- тельств – в молодёжном языке). Анализ показывает, что в целом наблюдается тенденция к выбору пейоративных на- званий. Символичный характер таких лексем заключается в адгерентном по- тенциале их значений. В структурном плане отметим, с одной стороны, тен- денцию к сокращениям, аббревиации, использованию небуквенных знаков, с другой стороны – частотное использо- вание композитов. Исследование структурных, семан- тических и функциональных особен- ностей слов года позволяет выявить и их социолингвистическую специфику. Слова года выбираются практически во всех странах немецкой речи и не- редко представляют различные наци- ональные и региональные варианты немецкого языка (т. е. речь идёт о диа- топическом, или пространственном варьировании). Наблюдаются разли- чия в частеречном выборе слов года, отражающиеся на диатопическом уровне: если для национальных стан- дартов немецкого языка характерно превалирование существительных, то в региональных вариантах и диалек- тах – и других знаменательных частей речи, также имеющих номинативное значение. Можно отметить вариант- ность выбора лексем и синтаксических структур в диастратических вариантах (например, выбор молодёжного слова года или экономических терминов) и в диафазной подсистеме языка (в номи- нации попадает литературная, разго- ворная, сниженная лексика). Статья поступила в редакцию 30.05.2019 95 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 ЛИТЕРАТУРА 1. Абрамова Е. И. Слово года / Th e Word of the Year: принципы отбора и подходы к из- учению // Иностранные языки в высшей школе. 2018. № 2 (45). С. 7–14. 2. Будагов Р. А. Язык и культура: в 3 ч. Ч. 3: Социолингвистика и стилистика / сост. А. А. Брагина, Т. Ю. Загрязкина. М.: Добросвет, 2002. 160 с. 3. Вежбицкая А. Понимание культур через посредство ключевых слов. М.: Языки сла- вянской культуры, 2001. 288 с. 4. Едличко А. И. Графическая вариативность как феномен политкорректности // Вест- ник Московского университета. Серия 19: Лингвистика и межкультурная коммуни- кация. 2018. № 4. С. 60–68. 5. Иссерс О. С. От серьёзного – до смешного: игровой потенциал российского слова года // Политическая лингвистика. 2015. № 4. С. 25–31. 6. Мельник Ю. А. Социолингвистические проекты «Слово года» как источник сведений о неологических процессах в современном русском языке: автореф. … канд. филол. наук. Омск, 2018. 21 с. 7. Николаева Е. В. «Слова года» как лингвокультурные концепты // Филологические на- уки. Вопросы теории и практики. 2017. № 10–1 (76). C. 154–157. 8. Пфандль Х. Слова года: между лингвистикой и искусством (немецкие и русские слова года 2013 и 2014 гг.) // Русский язык и литература в пространстве мировой культуры / под ред. Л. А. Вербицкой и др. В 15 т. Т. 11. СПб.: МАПРЯЛ, 2015. С. 220–225. 9. Сапожникова Л. М. «Слова года» в немецкоязычных европейских странах: этнопси- холингвистические и политические аспекты // Слово и текст: психолингвистический подход:. сборник научных трудов / под общ. ред. А. А. Залевской. Тверь: Тверской го- сударственный университет, 2014. С. 74–78. 10. Соколянская Н. Н. Неологизмы и слова года // Вестник Московского государственно- го областного университета (электронный журнал). 2017. № 2. URL: https://evestnik- mgou.ru/en/Articles/Doc/804 (дата обращения: 14.03.2019). 11. Стекольникова Н. В. Слово как знак времени (социолингвистический аспект) // Вест- ник Воронежского государственного университета. Серия: Лингвистика и межкуль- турная коммуникация. 2017. № 1. С. 27–31. 12. Чигашева М. А. Проблема эквивалентности перевода онимов с немецкого языка на русский // Вестник МГИМО-Университета. 2013. № 6 (33). С. 95–100. 13. Шмелёва Т. В. Ключевые слова текущего момента // Collegium. 1993. № 1. С. 33–41. 14. Bär J. A. Die «Wörter des Jahres»: Zahlen und Fakten // Von «aufmüpfi g» bis «Teuro»: die «Wörter der Jahre» 1971–2002 / J. A. Bär (hrsg.). Mannheim: Dudenverlag, 2003. S. 9–26. 15. Greule A. Das Unwort des Jahres. Eine neue Form der Sprachkritik in Deutschland // Brün- ner Beiträge zur Germanistik und Nordistik R5 = Sborník prací Filozofi cké fakulty brněnské univerzity. Řada R, germanistická. 2000. S. 7–17. 16. Greule A. Wörter des Jahres, Jugendwörter, Unwörter und kein Ende. Kritische Einschät- zung der Wort-/Unwort-Aktionen im deutschen Sprachraum // Tekst i dyskurs – Text und Diskurs. 2017. Nr. 10. S. 277–286. 17. Kuntzsch L. Die «Wörter des Jahres» im Unterricht für Mutterspachler und Deutschlernen- de // Von «aufmüpfi g» bis «Teuro»: die «Wörter der Jahre» 1971–2002 / J. A. Bär. (hrsg.). Mannheim: Dudenverlag, 2003. S. 54–68. 18. Kuntzsch L. Die „Wörter des Jahres“ in Deutschland seit über 40 Jahren als Elemente von Diskursen und Texten // Tekst i dyskurs – Text und Diskurs. 2017. Nr. 10. S. 263–275. 19. Mayer O. Das „Wort des Jahres“ im Kontext politischer und gesellschaft licher Ereignisse // Studien zur deutschen Literatur und Sprache (Japanische Gesellschaft für Germanistik, Sektion Tokai). 2011. Nr. 43. S. 89–95. 96 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 20. Muhr R. Das österreichische Wort des Jahres. Geschichte – Intentionen und Ergebnisse // APTUM – Zeitschrift für Sprachkritik und Sprachkultur. 2007. Nr. 1. S. 25–40. REFERENCES 1. Abramova E. I. [Th e Word of the Year: Principles of Selection and Approaches to Research]. In: Inostrannye yazyki v vysshei shkole [Foreign Languages in Higher Education], 2018, no. 2 (45), pp. 7–14. 2. Budagov  R.  A. Yazyk i kul'tura. Ch.  3: Sotsiolingvistika i stilistika [Language and culture. Part 3: Sociolinguistics and stylistics]. Moscow, Dobrosvet Publ., 2002. 160 p. 3. Vezhbitskaya A. Ponimanie kul'tur cherez posredstvo klyuchevykh slov [Understanding cul- tures through key words]. Moscow, Yazyki slavyanskoi kul'tury Publ., 2001. 288 p. 4. Edlichko  A.  I. [Graphic variability as a phenomenon of political correctness]. In: Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 19: Lingvistika i mezhkul'turnaya kommunikatsiya [Th e Bulletin of Moscow University. Series 19. Linguistics and Cross-Cultural Communication], 2018, no. 4, pp. 60–68. 5. Issers O. S. [From serious stuff to funny things: language pun potential of the Russian “Word of the year”]. In: Politicheskaya lingvistika [Political Linguistics], 2015, no. 4, pp. 25–31. 6. Mel'nik Yu. A. Sotsiolingvisticheskie proekty «Slovo goda» kak istochnik svedenii o neologich- eskikh protsessakh v sovremennom russkom yazyke: avtoref. … kand. fi lol. nauk [Sociolinguis- tic projects “Word of the Year” as a source of information about neologisms development in modern Russian: abstract of PhD thesis in Philological Sciences]. Omsk, 2018. 21 p. 7. Nikolaeva  E.  V. [“Words of the year” as linguocultural concepts]. In: Filologicheskie nau- ki. Voprosy teorii i praktiki [Philological Sciences. Issues of Th eory and Practice], 2017, no. 10-1 (76), pp. 154–157. 8. Pfandl' Kh. [Word of the year: between linguistics and art (German and Russian words of the year 2013 and 2014)]. In: Verbitskaya L. A. et al., eds. Russkii yazyk i literatura v prostran- stve mirovoi kul'tury. T. 11 [Russian language and literature in the space of world culture: in 15 vols. Vol. 11]. St. Petersburg, MAPRYAL Publ., 2015, pp. 220–225. 9. Sapozhnikova  L.  M. [“Word of the year” in the German-speaking European countries: ethnopsycholinguistics and political aspects]. In: Zalevskaya  A.  A., ed. Slovo i tekst: psik- holingvisticheskii podkhod [Word and text: psycholinguistic approach]. Tver, Tverskoi gosu- darstvennyi universitet Publ., 2014, pp. 74–78. 10. Sokolyanskaya N. N. [Neologisms and word of the year]. In: Vestnik Moskovskogo gosudarstven- nogo oblastnogo universiteta (elektronnyi zhurnal) [Bulletin of Moscow Region State University (e-journal)], 2017, no. 2. Available at: https://evestnik-mgou.ru (accessed: 14.03.2019). 11. Stekol'nikova N. V. [Words as Landmarks in a Sociolinguistic Perspective]. In: Vestnik Voro- nezhskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Lingvistika i mezhkul'turnaya kommunikat- siya [Bulletin of Voronezh State University. Series: Linguistics and intercultural communica- tion], 2017, no. 1, pp. 27–31. 12. Chigasheva M. A. [Th e problem of equivalent translation of onims from German into Rus- sian]. In: Vestnik MGIMO-Universiteta [MGIMO Review of International Relations], 2013, no. 6 (33), pp. 95–100. 13. Shmeleva T. V. [Keywords of the current moment]. In: Collegium, 1993, no. 1, pp. 33–41. 14. Bär J. A. Die «Wörter des Jahres»: Zahlen und Fakten. In: Bär J. A., hrsg. Von «aufmüpfi g» bis «Teuro»: die «Wörter der Jahre» 1971–2002. Mannheim, Dudenverlag, 2003, S. 9–26. 15. Greule A. Das Unwort des Jahres. Eine neue Form der Sprachkritik in Deutschland. In: Brün- ner Beiträge zur Germanistik und Nordistik R5 = Sborník prací Filozofi cké fakulty brněnské univerzity. Řada R, germanistická, 2000, S. 7–17. 97 ISSN 2072-8379 Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика 2019 / № 4 16. Greule  A. Wörter des Jahres, Jugendwörter, Unwörter und kein Ende. Kritische Einschät- zung der Wort-/Unwort-Aktionen im deutschen Sprachraum. In: Tekst i dyskurs – Text und Diskurs, 2017, Nr. 10, S. 277–286. 17. Kuntzsch L. Die «Wörter des Jahres» im Unterricht für Mutterspachler und Deutschlernende. In: Bär  J.  A., hrsg. Von «aufmüpfi g» bis «Teuro»: die «Wörter der Jahre» 1971–2002. Man- nheim, Dudenverlag, 2003, S. 54–68. 18. Kuntzsch  L. Die „Wörter des Jahres“ in Deutschland seit über 40 Jahren als Elemente von Diskursen und Texten. In: Tekst i dyskurs – Text und Diskurs, 2017, Nr. 10, S. 263–275. 19. Mayer O. Das „Wort des Jahres“ im Kontext politischer und gesellschaft licher Ereignisse. In: Studien zur deutschen Literatur und Sprache (Japanische Gesellschaft für Germanistik, Sektion Tokai), 2011, Nr. 43, S. 89–95. 20. Muhr R. Das österreichische Wort des Jahres. Geschichte – Intentionen und Ergebnisse. In: APTUM – Zeitschrift für Sprachkritik und Sprachkultur, 2007, Nr. 1, S. 25–40. ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ Едличко Анжела Игоревна – кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры не- мецкого языка и культуры факультета иностранных языков и регионоведения Москов- ского государственного университета имени М. В. Ломоносова; e-mail: ang299@yandex.ru INFORMATION ABOUT THE AUTHOR Anzhela I. Edlichko – PhD in Philological Sciences, Associate Professor at the Department of German Language and Culture, Faculty of Foreign Languages and Area Studies, Lomonosov Moscow State University; e-mail: ang299@yandex.ru ПРАВИЛЬНАЯ ССЫЛКА НА СТАТЬЮ Едличко А. И. Главные слова года: структурно-функциональная и социолингвистиче- ская характеристика // Вестник Московского государственного областного университе- та. Серия: Лингвистика. 2019. № 4. С. 80–97. DOI: 10.18384/2310-712X-2019-4-80-97 FOR CITATION Edlichko A. I. Key words of the year: structural, functional, and sociolinguistic characteristics. In: Bulletin of Moscow Region State University. Series: Linguistics, 2019, no. 4, рр. 80–97. 10.18384/2310-712X-2019-4-80-97